TreTredici.ACMilanFan.ru - О Мальдини и Несте по-русски
Паоло
Паоло
 
Главная Статьи
Новости Оффсайд
Паоло О нас
Сандро Перлы
Галереи Гостевая

O F F S I D E
Война и мир: Эпизод 2

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ

Штаб черно-белых

На полянке перед штабом стоит мольберт: Алессандро Дель Пьеро рисует живописный вид на заросший кувшинками пруд. Рядом с выражением преданности на лице стоит Таккинарди в летней каске. Он держит в руках баночку с водой, в которой Алекс изредка полощет кисти. Позади главнокомандующего Буффон и Микколи играют в бадминтон. Джиджи ради развлечения время от времени сильно бьет по волану, и тот улетает в кусты. Фабрицио с неохотой идет доставать волан, и в эти три–пять минут Джиджи отдыхает, сладко жмурясь на солнце. Недалеко от них в шезлонге загорает Дзамбротта.
ДЕЛЬ ПЬЕРО (делая несколько мазков на холсте): И что красно-черные сказали?
ТАККИНАРДИ: Сказали, что в долгу не останутся. У них Гаттузо есть…
ДЕЛЬ ПЬЕРО (равнодушно): Всего один противотанкист. А у нас две танковых дивизии! Да, Джанлука?
ДЗАМБРОТТА (лениво): Ну да. Если честно, то полторы.
ДЕЛЬ ПЬЕРО: Что, опять что-то не работает?
ДЗАМБРОТТА: Да жарко в танке! Надоело уже париться там.
ДЕЛЬ ПЬЕРО: Пашке вон нравится.
ДЗАМБРОТТА: Каннаваро тоже много чего нравится. Пришел сегодня ко мне и спрашивает: «Это ты бросил фантик у столовой мимо урны?» Нет, говорю, не я. А он опять: «Такие леденцы только у тебя были, я же помню». Пришлось сказать, что я Джиджи угостил.
БУФФОН (с силой бьет по волану, тот улетает в кусты): Ну нормально!

Микколи бросает на Джиджи недовольный взгляд и убегает в кусты на поиски воланчика.

ДЗАМБРОТТА: Тебе-то он все равно ничего не скажет! Ты даже не знал об этом.
БУФФОН: Ну теперь давайте весь беспорядок валить на меня!
ДЗАМБРОТТА: Я давно так и делаю. (Смеется)
БУФФОН: Ну ладно, земля круглая – подкатишься, запомни.
ДЗАМБРОТТА (притворно): Боюсь-боюсь!
ДЕЛЬ ПЬЕРО: Мы отвлеклись, кажется. Как там у нас Златан поживает? Выздоровел?
БУФФОН: А что ему сделается? Конечно, выздоровел.
ТАККИНАРДИ: Врач сказал, что ему нужен постельный режим.
БУФФОН: Когда больной нуждается в постельном режиме, он не молотит завтрак в таких количествах. Мне бы этого на три раза хватило поесть, а он все за один присест слупил. Больной, блин!
ТАККИНАРДИ: Может, от этого он и болеет?
БУФФОН: Ну так надо перестать его кормить, значит. Выздоровеет мигом.
ДЕЛЬ ПЬЕРО: Да, Златан нам сейчас очень нужен. Нам без него Диду не пройти.
ДЗАМБРОТТА: Нам без него даже Гаттузо не пройти.
ТАККИНАРДИ (бледнея): Может, переманим Рино на нашу сторону? Денег ему пообещаем, должность какую-нибудь.
ДЕЛЬ ПЬЕРО: Ты что! Он скорее умрет, чем перейдет в стан врага! Такие герои рождаются раз в сто лет! (подумав) Нет, я погорячился, не в сто. Ну в общем, не сможем мы его переманить.
БУФФОН: Тогда его надо убить.
ДЕЛЬ ПЬЕРО: Каладзе отомстит.
БУФФОН (пренебрежительно): Тпфру!
ДЗАМБРОТТА: Нет уж, не «тпфру!». Видел я однажды, что пьяный Каладзе может сделать.
ТАККИНАРДИ (с ужасом): Он тоже пьет?
ДЗАМБРОТТА: Редко. Но уж если такое случится…
ТАККИНАРДИ (бледнея): И куда Паоло только смотрит? Это же опасно для жизни… окружающих…
ДЕЛЬ ПЬЕРО: Вот именно поэтому Паоло и поощряет пьянство среди своих офицеров. Так что нам надо принять это во внимание и…

Прибегает запыхавшийся Микколи.

МИККОЛИ: Там его нет!!!
БУФФОН, ТАККИНАРДИ И ДЕЛЬ ПЬЕРО (хором): Кого?
МИККОЛИ: Воланчика!
ДЕЛЬ ПЬЕРО (с облегчением): Тьфу ты! Я уж испугался.
БУФФОН: Искать надо лучше.
МИККОЛИ: Я все пересмотрел, все ветки перетряс! Его нет нигде.
БУФФОН: Вычтем его стоимость из твоей зарплаты.
ДЗАМБРОТТА: В десятикратном размере.
МИККОЛИ (недовольно): А я его, что ли, туда запульнул?!
БУФФОН: Ну-ка быстро иди искать! Алекс, скажи ему!
ДЕЛЬ ПЬЕРО (лениво): Фабрицио, иди ищи воланчик.
МИККОЛИ: Не пойду я!
ДЕЛЬ ПЬЕРО: Это приказ!
МИККОЛИ: Ты же в штатском!
ДЗАМБРОТТА: Если воланчик найдет Фабио…
МИККОЛИ: Ну и что он мне сделает? Каннаваро только ругаться может, больше ни на что не способен. Пошумит и перестанет.
БУФФОН: Вот молодежь пошла! Даже Фабио их не испугаешь!
ТАККИНАРДИ (указывая банкой в сторону базы): О! Легок на помине!

Все поворачиваются и видят Фабио, который быстро приближается. По его походке легко догадаться, что он рассержен.

БУФФОН: Ха-ха, ну что ты сейча… (оборачивает и видит, что Микколи нет) А куда делся наш пострел? (Замечает, что колышутся кусты, в которые улетел воланчик) Вот ведь, а! Трус!
КАННАВАРО (издалека): Не армия, а бардак! Просто большая мусорка! По-мой-ка!
ДЕЛЬ ПЬЕРО (возобновляя рисование): Что ты опять шумишь, яхонтовый наш?
КАННАВАРО (сотрясает каким-то предметом): А если через минуту внезапная атака? А если красно-черные десант на нас бросят? Пьяный десант! И противотанкиста своего? Забегаете, запаникуете, начнете за оружие хвататься. А где оно лежит? Кто знает? (Обращается к Таккинарди) Вот ты знаешь?
ТАККИНАРДИ: Ну… В арсенале…
КАННАВАРО: Справа или слева?
Алессио молчит.
КАННАВАРО: Во-от! Никто не знает! Потому что порядка нет. Пока вы будете справа налево метаться, вас тут всех мотострелки ихние положат! Слева оно лежит, ясно?
БУФФОН: Ясно. Ты за этим приходил, изумрудный наш?
КАННАВАРО (Алексу): Вот вместо того чтобы пейзажи свои рисовать, лучше бы план эвакуа… тьфу! План мобилизации нарисовал бы. А то многие не знают, куда им бежать в случае нападения.
ДЕЛЬ ПЬЕРО: План, Фабио, это не искусство. Это любой дурак может нарисовать.
КАННАВАРО: Вот и поручи кому-нибудь, чтобы нарисовали.
ДЗАМБРОТТА: Златану поручите. Он все равно болеет.
КАННАВАРО: Не меняй тему, Джани! Это твое? (Показывает ему то, что держит в руке)
ДЗАМБРОТТА: Не-а, не мое.
КАННАВАРО: А твое тогда где?
ДЗАМБРОТТА (ехидно): В арсенале, слева. Во второй ячейке. Опечатано. И табличка еще прибита, что это мое, а не чье-нибудь. Гербовая печать стоит…
КАННАВАРО: Хаханьки все, да? Почему это лежит рядом со ЗНАМЕНЕМ!
БУФФОН: Да что лежит-то?

Фабио показывает ему найденный предмет.

БУФФОН (радостно): Это же моя бритва! Где ты ее нашел!?
КАННАВАРО (сдерживая раздражение): В штабе. В знамя была завернута. Это же… это…
БУФФОН (забирает бритву): Моя хорошая! Наконец-то папочка тебя нашел…
КАННАВАРО: Папочка?!
БУФФОН: Дядя Фабио нашел… Он у нас хороший, да? (Ласково смотрит на бритву) Наконец-то побреюсь, а то жарко.
ДЗАМБРОТТА: У тебя лицо сейчас загорело наполовину. Побреешься – будешь ходить полосатым.
БУФФОН: Ну и что? Мне-то не надо на свидания бегать. Меня девушки и таким любят.
ДЕЛЬ ПЬЕРО: Позвольте усомниться.
БУФФОН: А не позволю!
КАННАВАРО: Джиджи, большая просьба: следи за своими вещами.
БУФФОН: Некогда, родной. Надо за небом следить. Вдруг авиация вражеская и все такое.
КАННАВАРО: Ты понял меня, я надеюсь.
БУФФОН: Ну что ты, солнышко. Конечно, я тебя понял. А ты меня пойми.
КАННАВАРО (раздражаясь): Я вам тут уборщица, что ли?! Алекс! Ты главнокомандующий или кто?
БУФФОН (обнимает Фабио и гладит его по голове): Не злись, малыш. Мы наведем идеальный порядок. И когда враги нападут, мы их сразим своей стерильностью! Мы их разобьем своей упорядоченностью! Мы их сметем с лица земли своей точностью и дисциплиной!

Каннаваро успокаивается.

ДЕЛЬ ПЬЕРО: Ну все, инцидент исчерпан? Фабио, кстати, есть ли у тебя мысли по поводу нашего предстоящего сражения с красно-черными?
КАННАВАРО: У нас есть один самый сильный козырь, которого нет у них.
ДЗАМБРОТТА (себе под нос): Дай угадаю… Дисциплина, поди-ка.
КАННАВАРО (поднимая указательный палец вверх): Дисциплина. Же-лез-ная!
ДЗАМБРОТТА: Ну во-от…
КАННАВАРО: Они привыкли все время наскоком нас брать. То Каладзе натравливают, то Индзаги, за которым не уследишь. Мы и начинаем метаться! А метаться не надо! Надо ровным строем, грудью встретить врага, использовать его натиск против него самого. Знаете, что бывает, когда какой-нибудь пьяный дебошир наскакивает на бетонную стену?
БУФФОН: Переломы, наверное…
КАННАВАРО: Он ударяется и теряет сознание. Потому что только сила и жесткая военная субординация позволяют одерживать победу над пьяными дебоширами.
ДЕЛЬ ПЬЕРО: Кажется, я знаю, кого оставлю вместо себя, когда пойду в отпуск.
БУФФОН: Главнокомандующий не может ходить в отпуска. Паоло же не ходит.
ДЕЛЬ ПЬЕРО: Я не Паоло.
ДЗАМБРОТТА (доверительным тоном): Тебя это тревожит? Хочешь поговорить об этом?
ДЕЛЬ ПЬЕРО (укоризненно смотрит на него, потом начинает раздраженно полоскать кисточку в банке): Не понимаю твоей иронии, Джани. Нам предстоит большое сражение, а ты тут ерничаешь.
КАННАВАРО: Распустил ты их, Алекс. Разве в армии положено лежать в шезлонге?
ДЗАМБРОТТА: А я так привыкаю к танку. Там ведь особо не постоишь.
КАННАВАРО: Мастер ты отговорки лепить… Ну ничего, Алекс пойдет в отпуск, я тобой займусь! (Замечает, что в кустах кто-то есть) Это что там такое?
БУФФОН (сдерживая улыбку): Ничего особенного. Лазутчик какой-нибудь, наверное. Мало ли их тут бродит, вражеских агентов-то?
КАННАВАРО: И вы ничего не предпринимаете?
БУФФОН: Да это наверняка Джилардино. Он безопасен, потому что у него память плохая. Он что услышит, через 10 минут забудет.
ДЗАМБРОТТА (подыгрывая): Или Кассано. Его что-то часто стали посылать в разведку, хотя он все равно ничего не понимает. Даже танк от самолета отличить не может.
КАННАВАРО: Пойду проверю…
БУФФОН (ему вслед): Только будь осторожней. Если это Адриано, то можешь оказаться в лазарете рядом со Златаном.

Фабио его не слушает, подходит к кустам и выцепляет оттуда Микколи, который поначалу сопротивляется, а потом понимает, что ему не удастся вырваться, и виновато смотрит на старшего товарища.

КАННАВАРО: Это что тут у нас такое? Лазутчик? На кого работаешь?
МИККОЛИ (теряясь): Ни на кого… Я это… воланчик искал… ищу… Вот он, воланчик…
КАННАВАРО: Ты мне тут про воланчики-то не заливай! Я тебе что сказал утром сделать?
МИККОЛИ: Я сделал! Я все отчистил! Он теперь так сияет, что глаза ржет, когда к нему подходишь.
КАННВАРО: Кто сияет?
МИККОЛИ: Ну самолет! Джиджи сказал, что ты велел самолет начистить?
КАННАВАРО (недоуменно): Я велел? Когда?

Фабио непонимающе смотрит на Буффона, который делает вид, что рассматривает свою бритву.

МИККОЛИ (еще более смущаясь): Ну вчера. Джиджи сказал, что сияющий самолет может ослепить врага…
КАННАВАРО (довольно): Верно, это он прав. Но постель ты почему свою не заправил?

Фабрицио что-то бормочет, даже не надеясь, что ему удастся придумать отговорку.

КАННАВАРО: Не армия, а бордель! Марш в казарму! Будем учиться заправлять постель.

Они уходят. Буффон печально смотрит им вслед, потом вздыхает.

БУФФОН: И воланчик унесли. Что будем делать?
ДЗАМБРОТТА: Вечно тебе что-то делать хочется…
ТАККИНАРДИ: У тебя теперь бритва есть.
БУФФОН: А это мысль! (Замечает приближающегося к ним Тюрама). По-моему, наше совещание никогда не закончится… Все так и будут по одному плестись.
ТЮРАМ: Добрый день. Извините, что опоздал, но дело не терпело отлагательств.
ДЕЛЬ ПЬЕРО: Узнал что-нибудь важное?
ТЮРАМ: Красно-черные готовят новую вылазку. Думаю, это будет разведка боем. Надо бы привести в боевую готовность ПВО.
БУФФОН (язвительно): Сию секунду, только побреюсь…
ДЕЛЬ ПЬЕРО (перестает рисовать): Как думаешь, это будет ночная атака?
ТЮРАМ: Сложно сказать. Паоло мудр, а потому предугадать то, что он собирается сделать, не каждому дано.
ДЕЛЬ ПЬЕРО: Но нам-то что-то надо делать? Ты же не хочешь, чтобы красно-черные разбили наше войско!
ТЮРАМ: Здесь никто этого не хочет. Предлагаю просто выжидать. И быть готовым ко всякого рода демаршам.
ДЕЛЬ ПЬЕРО (убирая кисточку): Все слышали? Идем готовиться к демаршам.
ДЗАМБРОТТА (зевая): Жаль, Фабио ушел. Вот бы он сейчас порадовался.
ТАККИНАРДИ: Командир, какие будут приказания относительно демарша?
ДЕЛЬ ПЬЕРО: Пока еще не знаю. Надо с картами свериться.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ….


Назад в Офсайд

Гостевая



Сандро
Сандро
 
Rambler's Top100 Сайт об итальянском футболе Сайт болельщиков Napoli
 
Карта
rss
Карта