TreTredici.ACMilanFan.ru - О Мальдини и Несте по-русски
Паоло
Паоло
 
Главная Статьи
Новости Оффсайд
Паоло О нас
Сандро Перлы
Галереи Гостевая

O F F S I D E
В погоне за тенью. Часть 30

Страх разоблачения

Десять дней спустя

В конференц-зале шло закрытое предварительное слушанье по делу агентов, прошедших «Искру». На нем присутствовали высокие чиновники из контрразведки и правительства, генерал Анчелотти, начальник «Триэс» Мальдини и фигуранты дела.
– Мы провели внутреннее расследование и допросили свидетелей, – докладывал капитан Мальдини. – Наша версия случившегося такова: агентов Лето и Коршун, прошедших курс переподготовки по программе «Искра», кто-то из руководящего состава использовал в личных целях. А чтобы факт нелегальной операции не всплыл и агенты не доложили об этом мне, их хорошенько обработали.
– Что вы имеете в виду, капитан? – перебил его генерал Галлиани.
– Я хочу сказать, что агента Лето планировали убрать с самого начала, но нужно было сделать так, чтобы это не вызвало подозрений. Ему систематически давали мавиапин, который провоцировал галлюцинации и повышал нервный фон агента. Таким образом Лето довели до тяжелого депрессивного состояния и активизировали код самоуничтожения, заложенный в него «Искрой».
– Но капитан, в деле сказано, что некоторые улики указывают на то, что Лето был убит! – не удержался премьер-министр Берлускони.
– Коршун подозревал, что Лето довели до самоубийства и хотел привлечь к смерти друга внимание, – Паоло развернулся в сторону Уэйна. – Расскажи, как было на самом деле.
– После того как Лето вернулся с так называемого лечения, он стал вообще плох, – Коршун с неохотой поднялся. – Мне казалось, он перестал отличать реальность от сна или галлюцинаций. И однажды ночью он, разговаривая с невидимым собеседником, сказал, что задание в Баварии должно быть внесено в его личное дело, иначе он доложит капитану Мальдини. Я понял, что он имеет в виду какую-то акцию, которую он проводил в Мюнхене и которая нигде не учтена. Но мы всегда были вместе… И тут я вспомнил, что однажды Лето на четыре дня уезжал в тренировочный лагерь на курс экстремальной подготовки. Я обратился к доктору Капелло, намекнул, что Лето в галлюцинациях выдумал какое-то задание в Баварии… Через несколько дней я вернулся из спортзала и нашел его повешенным. Все указывало на то, что он сделал это сам. Я понял, что моего друга просто убрали. Самоубийство не бросит подозрения на виновных, поэтому я вытащил Лето из петли и перевязал веревку. Думал: начнется расследование, будут изучать дела, что-нибудь да всплывет.
– Но дверь была закрыта изнутри, – вклинился в рассказ следователь.
– Я закрыл задвижку магнитом снаружи. Простейший фокус.
– Почему вы не оставили дверь открытой? – заинтересовался Галлиани.
– Потому что прямое указание на убийство может бросить подозрение на меня. А во-вторых, я понимал, что если я слишком явно подставлю убийц Лета, возьмутся за меня. И я оказался прав: против меня тут же начали фабриковать улики. Мне ничего не оставалось, как прикинуться сумасшедшим. Это хотя бы спасло мне жизнь.
– Как вы думаете, мистер Уэйн, кому была выгодна смерть Лета?
– Не знаю. Но полагаю, что доктор Капелло был заодно со злоумышленниками.
– Капитан Мальдини, почему вы считаете, что агент Тень причастен к этому делу? – сменил тему Галлиани.
– Потому что программу «Искра» закрыли два года назад, но кто-то нелегально продолжает ее внедрять. Мы полагаем, что эти люди связаны с тем, кто использовал агента Лето в своих целях два года назад. И у нас есть доказательства, что агент Тень прошел переподготовку по закрытой программе чуть более полугода назад.
Брови Марио удивленно поползли вверх. Коршун заметил это, с любопытством разглядывая коллегу.
– Вот здесь документы, которые указывают на то, о чем я говорю, – Мальдини передал через пристава черную папку. Генералы и чиновники зашушукались.
– Вы сказали, что агент Тень страдает амнезией, – вступил в разговор следователь. – Сможет ли он дать нужные показания?
– На этот вопрос подробно сможет ответить наш психолог, доктор Алекс Дель Пьеро.
Генерал Галлиани кивнул, показывая, что можно предоставить слово психологу.
– Амнезия агента Тень вызвана сильной гематомой лобной части головы после удара о киль катера, – вдохновенно начал Алекс. – Гематома давила на лобные доли мозга, препятствуя обмену импульсов между нейронами. Этому же отчасти способствовало и шоковое состояние: агент попал в автокатастрофу, его очень сильно ударило об руль мотоцикла, и он упал в Темзу. Не стоит доказывать, что температура воды в ней в конце октября мало пригодна для купания. Все эти обстоятельства запустили механизм самозащиты, который тоже входит в программу «Искра». Попросту говоря, организм агента на время заблокировал все процессы, чтобы увеличить шансы на выживание.
– И что? – Галлиани с любопытством подался вперед.
– Учитывая не самое благоприятное стечение обстоятельств и индивидуальные особенности организма, могу сказать, что память вернется к агенту Тень тогда, когда его организм перестанет испытывать состояние стресса. Блокировка будет снята – и Марио все вспомнит. Сейчас же у него есть обрывочные воспоминания, высвобожденные под действием эмоций.
– И вы предлагаете отправить Тень на курорт? – усмехнулся Галлиани.
– Я предлагаю поместить его в привычную обстановку – в учебный корпус «Триэс», – слегка обиделся доктор Алекс. – Там он быстрее начнет чувствовать себя в своей тарелке, следовательно, быстрее вспомнит свое прошлое. А пока его показания могут пролить свет лишь на часть произошедшего.
– Встаньте, агент Тень! – не выдержал Берлускони. – Вы готовы дать показания?
– Да! – Марио поднялся и уставился на чиновника немигающим взором.
– Вы назовете нам имена людей, которые незаконно подвергли вас «Искре»?
– Я не помню имен – только лица. Точнее, одно лицо, – Марио медленно повернул голову в сторону доктора Яквинты. – Вот он!
– Вы уверены?
– Да. Был он, его ассистентка и еще какой-то парень. Он все время держался в тени, либо скрывал свою внешность за медицинской экипировкой – шапочкой, маской, очками. Но я бы узнал его по голосу.
– Его словам можно верить? – генерал Галлиани обратился к доктору Алексу.
– Агент Тень при проверке показал очень даже неплохие результаты, – тут же отозвался тот. – А его показатели воспринимающих рецепторов выше, чем у Лета.
– Доктор Яквинта! – Галлиани уже потерял интерес и к Тени, и к Дель Пьеро.
Винченцо встал. Его выправке можно было позавидовать: он держался так, как и подобало перед генералом.
– Доктор Яквинта, вы не отрицаете факт проведения агента Тень через программу «Искра»?
– Не отрицаю, – немного подумав, ответил тот.
– Это была ваша инициатива?
– Никак нет.
– Был заказчик? – обрадовался генерал. – Кто он?
– Я не могу назвать имя, – отчеканил доктор, глядя на Галлиани своим тяжелым взглядом.
– Доктор Яквинта, вы понимаете, что, отказавшись от сотрудничества со следствием, вы испортите себе не только карьеру, но и жизнь?
Яквинта молчал, исполнившись отчаянной решимости. Капитан Мальдини едва заметно улыбался, а генерал Анчелотти вздохнул и закрыл глаза рукой. Слушанье продолжилось. Следователь задавал вопросы то Коршуну, то Тени. Время от времени Берлускони просил доктора Алекса пояснить какие-то факты или медицинские термины. Яквинта за все это время не проронил ни слова.

Капитан Мальдини и генерал Анчелотти сели в «Мерседес» с тонированными стеклами. Доктора Яквинту как главного подозреваемого посадили в отдельную машину и повезли в тюрьму под усиленной охраной. Тень и Коршун поехали в «Триэс» на бронированном фургоне. По требованию генерала Галлиани на них, как и на Яквинту, надели наручники и приставили охрану – двух агентов Отдела внутренней безопасности. Охранники – один широкоплечий и коротко стриженный, другой поджарый с длинным волосами, забранными в хвост, – усадили свидетелей на скамьи вдоль стен фургона друг напротив друга, сами сели рядом: плечистый – с Коршуном, хвостатый – с Марио. Кортеж тронулся. Первым ехала сопроводительная машина, затем фургон, «Мерседес» и замыкала вереницу другая сопроводительная машина.
Коршун был серьезен и сосредоточен, словно вел свое расследование и сопоставлял в голове какие-то факты. Марио, наоборот, был спокоен. Он откинулся на мягкий рулон обивки, служащей спинкой сидений, и прикрыл глаза. Фургон выехал с парковки, миновал центральную площадь, покружил по узким городским улочкам и вырвался на простор загородной дороги. Она шла вдоль моря по отвесному горному обрыву.
– Погода сегодня хорошая, – задумчиво произнес парень с хвостом. – Обещали ветер.
– Ветер – тоже хорошо, – с неохотой вступил в диалог его коллега.
– Тебе хорошо – у тебя волосы короткие, – улыбнулся первый.
– Так ты тоже подстригись, – посоветовал Уэйн.
– Нам запрещено вступать с вами в разговоры, – лицо длинноволосого стало строгим. – Поэтому советую не влезать со своими дурацкими репликами.
Марио ухмыльнулся, а Коршун уставился на грубияна тяжелым немигающим взглядом. Однако парень из Отдела внутренней безопасности был устойчив к подобного рода давлению, поэтому никак не отреагировал.
– Кстати, про контакт! – широкоплечий вынул из кармана вчетверо свернутый листок. – Пока слушанье шло, мне клерк передал записку для Уэйна.
Коршун заинтересованно повернулся к соседу.
– Сказали от кого? – глаза второго охранника вспыхнули любопытством.
– Ничего не сказали.
– Дай-ка взглянуть… – длинноволосый выхватил листок у коллеги.
– Эй! – возмутился Коршун. – Ничего, что я тут сижу. Записка для меня!
Парень с хвостом, не обращая внимания на возгласы сопровождаемого, развернул листок. Секунд пять он удивленно пялился в него, а потом поднял глаза на коллегу:
– Ничего не понимаю. Ты точно уверен, что для Уэйна передавали?
Марио пытался незаметно заглянуть в записку, чтобы посмотреть, что так удивило охранника.
– Для мистера Уэйна, – упрямо повторил широкоплечий. – Клерк сказал, что велено передать лично, но я сказал, что это запрещено, и забрал.
– Ерунда какая-то, – вздохнул хвостатый, снова сворачивая записку.
– А что там написано? – широкоплечий подался вперед.
– Белиберда. Написано одно слово всего – «дахраб».
Неожиданно Уэйн вскинул голову, словно его позвали по имени, окинул оценивающим взглядом хвостатого и со всей силы ударил своего конвоира локтем в живот. Тот согнулся пополам от боли и тут же получил такой же сильный удар в ухо. Хвостатый выхватил пистолет, но Марио, напуганный странным поведением своего коллеги, поддал плечом конвоиру, отводя выстрел в сторону. Пуля срикошетила о бронированную обшивку и пробила голову водителю. Фургон завихлял по дороге.
– Дьявол!!! – Марио рванулся к узкому окну, находящемуся в перегородке между кабиной и кузовом. Ухватившись за ворот водителя, он пытался сдвинуть его на пассажирское сиденье, чтобы занять его место и вести машину. Занятый этой задачей, он не видел, как Коршун ловко выхватил пистолет у широкоплечего и выстрелил в упор во второго охранника, после чего сунул дуло пистолета себе в рот и нажал на курок.
Услышав два выстрела подряд, Марио оглянулся, чтобы успокоить пассажиров, потому что получать пулю рикошетом, как водитель, ему не хотелось. Страшное зрелище предстало его глазам: раненый охранник, бьющийся в предсмертных конвульсиях на полу, Уэйн с простреленной головой и белый как мел второй охранник, забившийся в дальний угол фургона. Леджер мгновенно оценил ситуацию, понял, что важнее контроль над дорогой, и снова вернулся к своему делу. Сконцентрировавшись, он-таки сдвинул водителя, но тот рукой зацепился за руль. Фургон развернулся влево, его потянуло на встречную полосу.
– Изумруд, что там у вас?! Доложите обстановку! – донеслось из рации.
Марио глянул в лобовое стекло: дорога сворачивала вправо, и фургон мчался прямо в обрыв. Одним рывком Леджер протиснулся в это окошко, схватился за руль и крутанул его вправо, но было уже поздно. Машина пробила ограждение и сорвалась в пропасть.
«Мерседес», следующий за ней, резко затормозил, из него выскочил капитан Мальдини и бросился к краю дороги. На его глазах фургон, летящий вниз, ударился капотом о каменный выступ, перевернулся в воздухе, как заправский гимнаст, и вошел в воду. Паоло несколько секунд стоял как вкопанный, потом обернулся и заорал:
– Быстро спасателей! Позвоните в береговую охрану!
– Я уже, – генерал Анчелотти положил руку ему на плечо. – Сейчас они приедут.
Мальдини закрыл глаза, надеясь, что все происходящее – сон. Через полминуты он открыл их и заметил на скале внизу пальцы – кто-то висел над обрывом, вцепившись в край камня.
– Быстро веревку! – Мальдини бросился к «Мерседесу». – Есть у вас трос или еще что?
Водитель вынул из багажника буксировочный трос и рукавицы.
– Так, сюда! Все сюда! – командовал капитан. – Закрепите тот конец за машину. – Вы! – он указал на агентов из сопровождающей машины. – Беритесь за трос! Одному мне не вытянуть его.
Парни послушно выполняли приказы. Мальдини подошел как можно ближе к краю обрыва:
– Сейчас мы тебя вытянем! Хватайся за трос!
И закинул конец спасательного каната уцелевшему. Тот ухватился сначала одной рукой, видимо, проверяя прочность приспособления, потом двумя руками.
– Тянем медленно! – скомандовал Мальдини.
Все начали по шагу двигаться назад, чтобы спасаемый не ударился о камни. Паоло помогал товарищам, удерживая трос так, чтобы тот не болтался. Наконец, голова показалась над обрывом. Мальдини от удивления чуть не выпустил веревку: это был не Марио и не Коршун, а охранник с короткой стрижкой, который его сопровождал.
– А где Леджер? – упавшим голосом проговорил капитан. – Или Уэйн?
– Уэйн… застрелился… – дыхание охранника сбилось от стресса и физической нагрузки. – Я выпрыгнул… в заднюю дверь… когда машина уже… падала. Леджер… остался в ней.
– Что значит «Уэйн застрелился»? – нахмурился Анчелотти.
– Не знаю… он словно спятил… – охранник осел на землю: у него была разбита голова и разодрана нога. – Он стал драться… а потом застрелил Мауро и… выбил себе мозги.
Капитан Мальдини в отчаянии схватился за голову: кто-то виртуозно убрал обоих свидетелей. Но оставался еще молчаливый главврач. Мальдини выхватил телефон и набрал номер:
– Джани! Яквинта с тобой? С него глаз не спускать! Я сейчас приеду!

Смерть агента

Фургон вытянули на берег к вечеру. Процесс этот осложнялся тем, что на несколько миль от места падения тянулись отвесные скалы, и затонувшую машину пришлось буксировать в рыбацкую бухту. В салоне фургона был обнаружен и Коршун с простреленной головой, и убитый в упор охранник, а вот Марио и водитель отсутствовали. Поиски их тел продолжались еще двое суток, пока на море не поднялся шторм, что затруднило спасательные работы. Генерал Анчелотти требовал доклад о произошедшем, и капитану Мальдини ничего не оставалось, как резюмировать, что агент Тень погиб.
Показания выжившего охранника привели следствие к секретным документам по программе «Искра». По требованию капитана Мальдини и генерала Анчелотти высшее командование разрешило рассекретить часть архива. В досье Коршуна слово «дахраб» значилось как код самоуничтожения. Доступ к этой части «Искры» имел лишь ограниченный круг людей, следовательно, поиски виноватого значительно сужались.
Шли дни, и после повторного слушания по делу «Искры» доктор Яквинта был признан невиновным и переведен из подозреваемых в свидетели. Паоло это совсем не обрадовало, он требовал объяснений от Анчелотти, но генерал был, как обычно, немногословен: «Скоро все узнаешь». Мучаясь от догадок насчет пропажи тела, от медлительности следствия и от таинственности начальства, капитан Мальдини даже слегка приболел. Паолина заботливо ограждала его от мелких встреч и ненужных треволнений, делала какие-то травяные чаи, снимающие напряжение и бессонницу и следила, чтобы начальник не перегружал себя работой.
На исходе второй недели Паоло стал не похож на себя: осунулся и похудел, глаза его болезненно поблескивали, а от приветливой улыбки не осталось и следа. Однако все кардинально изменилось после одного странного события. В то утро в начале одиннадцатого Паолина, как обычно, зашла к капитану Мальдини с подносом, где стояла чашечка ароматного чая и блюдце с вялеными фруктами. Ее начальник устало поморщился, пробормотал что-то типа «Не трать на меня время, Паолинка», но едва он отпил чай, как у него зазвонил мобильный телефон. Паоло снял трубку. Через секунду лицо его вытянулось то ли от удивления, то ли от испуга. Когда разговор закончился, Мальдини сорвался с места, бросив Паолине: «Я буду через два часа!», и умчался.
Вернулся он, как и обещал, через два часа. Девушка сразу заметила ту разительную перемену, что произошла в его начальнике. Он был спокоен и умиротворен. Неспеша прошелся по кабинету, сел в кресло и, заложив руки за голову, закрыл глаза.
– Что случилось, Паоло? – осторожно поинтересовалась референт.
– Агент Тень мертв, – произнес Мальдини, не открывая глаз. – Дело можно закрывать.
Паолина непонимающе смотрела на шефа, по лицу которого блуждала едва уловимая улыбка.

Эпилог

Завибрировал телефон, сообщая, что пришло смс-сообщение. Анджело с неохотой вынул телефон из кармана пиджака. «Шоколадница. Метро Павелецкая. 14:30. Андрей Привалов» – это высветилось на экране. Анджело вздохнул, удалил сообщение и покинул прохладный, кондиционированный мир сувенирного магазина.
В Москве стояла несусветная жара. После прохладного и чопорного Лондона столица России казалась чересчур знойной и суетливой. Анджело пожалел, что не оставил пиджак в гостинице. Но роль английского юриста заставляла его выглядеть презентабельно даже в 30-градусную июльскую жару. Чтобы не вспотеть, как загнанная лошадь, Микеланджело передвигался от одного магазина с кондиционером до другого, благо в центре Москвы недостатка во всевозможных бутиках и салонах не было. Анджело взглянул на часы, понял, что опоздает на встречу, если будет придерживаться своего кондиционированного маршрута, поэтому поймал такси и отправился на Павелецкую площадь через душные и тесные улицы, забитые машинами так же плотно, как тротуары – пешеходами.
В «Шоколадницу» он приехал за десять минут до назначенного времени. Занял столик у стены, так, чтобы на него не дул кондиционер, и заказал кофе. Намеренно коверкая русские слова английским акцентом, Анджело забавлялся, глядя, как суетится вокруг него официантка. Она улыбалась ему так нежно, словно он минуту назад сделал ей предложение руки и сердца. Он отвечал ей тем же, напуская во взгляд побольше томности. Увлекшись игрой, Анджело не сразу заметил нужного человека: тот уже пересек ползала и двигался к нему. Парень выше среднего роста, в джинсах и майке навыпуск, на глазах – темные очки, за спиной рюкзак.
– Не может быть… – одними губами проговорил Анджело, стараясь следить за своим лицом, чтобы оно не теряло существующего выражения.
– Привет, – по-русски произнес парень, присаживаясь на стул. – Давно здесь?
– Минут десять, – пролепетал Микеланджело. – Так ты жив, сукин сын!
– Я про Москву, – улыбнулся его собеседник. – Давно в Москве?
– Всем сообщили, что ты утонул! – не унимался Адвокат.
– Нормальный разговор у нас получается: я тебе одно, ты мне другое, – парень хмыкнул и перешел на английский: – Ты готов?
– Я когда-нибудь приходил на задания неготовым? – Анджело вынул телефон и активировал Bluetooth.
– Засек? – почти шепотом спросил его собеседник, открывая свой слайдер.
– Вижу, да.
– Перевожу.
Пару минут они сидели молча, уставившись каждый в свой телефон, потом Анджело поднял глаза на собеседника:
– Черт побери, Марио! Я так…
– Андрей, – поправил его тот. – Привалов.
– Непривычно произносить, – смутился Адвокат. – Так ты теперь тут? А все думают, что ты умер.
– Таково прикрытие, – пожал плечами Андрей. – Я ведь был свидетелем важного расследования.
– Кристен не скажешь, что жив? – посерьезнел Анджело.
– Пока нет. И ты не говори. Никому не говори.
– Да уж… – Микеланджело дотронулся до левого бока. – С тобой свяжешься – так пулю схлопочешь, как Брейвхарт или Амбро.
– Ну никто же не умер!
– Твой выстрел в лейтенанта чуть не стоил Лью ее задания. Она повезла своего бедного Макса в больницу, и это не понравилось боссам из Galaxy. За Кристен установили такой контроль, что на танке не подъедешь. Пришлось менять все пароли и легенды.
Андрей сдержанно улыбнулся. Из-за столика у окна поднялся мужчина, одетый как провинциал. Он перекинул через плечо ремень сумки для ноутбука и неспеша направился к выходу.
– Он? – понизив голос, спросил Анджело.
– Он, – согласился Андрей. – Теперь у него есть файл, он доволен.
– Когда будете брать?
– Когда он его попытается сплавить кому-нибудь, – пожал плечами Привалов. – Так что там еще в Лондоне?
– Любовь буйным цветом! – хихикнул Микеланджело.
– Неужели ты взял Мэй измором?
– Нет, вот здесь пока медленно продвигается, – погрустнел Адвокат. – Но наш бравый солдат, наш воин, не знающий жалости к врагам… Короче, Брейвхарт влюбился. В ту девчонку, которая его раненого подобрала. Только признаться в своих чувствах не может, поэтому все эти полгода анонимно заваливает мисс Браун букетами и конфетами, – Микеланджело даже рассмеялся, видимо, представил себе эти неуклюжие попытки ухаживания. – Лезвие тоже наследил. Вскружил голову девчонке и свалил.
– Какой девчонке? – Андрей чуть запрокинул голову, перебирая в памяти лица.
– Ну официантке из «Мики и Мили». Кьяра, помнишь? Обслуживала нас, когда я впервые тебя туда привез после амнезии.
– А-а-а-а, этой…
– Жалко девчонку… – вздохнул Микеланджело и замолчал на несколько минут.
– А Оддо? – осторожно поинтересовался Андрей.
– Кстати, большое спасибо тебе за него, – оживился Адвокат. – Сейчас хоть могу лично передать, а то думал, что посмертно придется. Он у нас теперь работает. Паоло, когда уезжал, велел к нему присмотреться. Ну Мэй и присмотрелась. Завербовали мы твоего таксиста. Работает теперь водителем лимузина, шишек возит по кабакам и притонам. Ну и сливает нам какую надо информацию.
– Дело по плечу, да, – нахмурился Андрей. – Его надо в агентуру! Обучить хорошенько – золото будет, а не агент.
– Зачем нам два золота? – отмахнулся Микеланджело. – Я и один-то руководству не по карману.
– А-а, так ты ревнуешь! – Привалов щелкнул пальцами. – Конкурента чуешь, да? Мэй ему знаки внимания оказывает?
– Вот уж конкурент! У меня нет конкурентов в этом мире. К тому же у Оддо жена и племянник. После того, как мы вернули ему его семью, он над ними трясется…
– Вы похищали его семью? – строго переспросил Андрей.
– Боялись, что Дэвид доберется до них раньше, – с неохотой ответил Анджело. – Дела серьезные творились, надо было действовать жестко.
– Черт! – Привалов закрыл лицо руками.
– Да ты не волнуйся. Оддо тебя не винит. Наоборот, даже рад, что ты изменил его жизнь!
Они сидели и болтали обо всякой ерунде, сплетничали, вспоминали, строили планы, рассказывали о своей жизни. Пока у Андрея не зазвонил мобильник.
– Мне пора, – сообщил он, поговорив по телефону.
– Ладно, может, свидимся еще, – улыбнулся Анджело. – Надеюсь, обойдется без амнезии…
– Я почти все вспомнил, только некоторые вещи… – Андрей встал. – Все время вижу во сне девушку и не могу вспомнить, кто она.
– Наверное, это твоя бесплотная мечта, – предположил Микеланджело.
– Наверное.
Андрей махнул рукой и вышел из кофейни. Анджело остался за столиком, готовый к новой невербальной атаке официантки, которая все это время ждала, когда красивый англичанин останется один.


Шпионов разоблачала Сара

Назад в Офсайд

Гостевая

Сандро
Сандро
 
Rambler's Top100 Сайт об итальянском футболе Сайт болельщиков Napoli
 
Карта
rss
Карта