TreTredici.ACMilanFan.ru - О Мальдини и Несте по-русски
Паоло
Паоло
 
Главная Статьи
Новости Оффсайд
Паоло О нас
Сандро Перлы
Галереи Гостевая

O F F S I D E
В погоне за тенью. Часть 14

Совещание

Анджело отдышался в коридоре, чтобы не показывать Мэй, как он спешил на встречу. Он поправил прическу, заправив кудри за уши, распахнул пальто, слегка оросил себя одеколоном, выдохнул и приоткрыл дверь кабинета начальницы:
– Разрешите?
Стэйси – референт Мэй – засияла, как рождественская елочка. Своей симпатии к Адвокату она не скрывала. В общем-то, была она довольно миленькой девушкой, и Анджело не раз ловил себя на желании приударить за ней, но все романы на работе Мэй строго пресекала, а рисковать доверием правой руки Мальдини Анджело не мог. Поэтому сейчас он нежно улыбнулся референту – только и всего:
– Меня вызывали…
– Да-да, Мэй ждет вас, синьор Микеланджело, – Стэйси совершенно недипломатично выскочила из-за стола. – Давайте я возьму ваше пальто!
– Ради бога, – Анджело говорил вежливо и холодно, чтобы не разбивать девочке сердце и одновременно не давать ей лишних поводов для мечтаний.
Всучив пальто референту, Адвокат одернул лацканы пиджака и решительно открыл дверь кабинета, не дав Стэйси сообщить, что он пришел.
Мэй работала за компьютером. Анджело остановился на пороге и деликатно кашлянул.
– Садись, – не отрываясь от компьютера, ответила Мэй.
Анджело дошел до самого стола начальницы, но на стул не сел, а плюхнулся в кожаное кресло, стоявшее чуть поодаль. В этом кабинете он чувствовал себя раскованно.
– Я не опоздал?
– Пять минут подожди, я закончу здесь…
– Я, значит, несусь через весь город, боюсь хоть на минуту задержаться…
– На синей мазде несся? – невозмутимо поинтересовалась Мэй.
Анджело споткнулся на полуслове, соображая, откуда Мэй могла узнать, на какой машине он приехал, а она даже не повернулась в его сторону. Не поняв, в каком настроении начальница, Микеланджело решил больше не нарываться и дождаться, пока она сама начнет разговор. Мэй еще несколько минут что-то печатала, потом закрыла документ и повернулась к Анджело. Он приветливо улыбнулся и кивнул на соседнее кресло. Мэй никак не прореагировала на этот жест.
– Как у тебя дела с Тенью?
– Вообще-то я привез его на Эррол-стрит, чтобы он вспомнил хоть что-то. Надо сказать, созерцание нашего замечательного учреждения его впечатлило – он с него просто глаз не сводил. И тут приходит твое сообщение!
– То есть я тебе помешала?
– Ну не то чтобы помешала, – Анджело отвел глаза. – Пришлось бросить его там одного посреди улицы. Не знаю, как это расценивать… Что я самодеятельность развел или что начальство без меня жить не может…
– Прекрати паясничать!
Адвокат обиженно надулся.
– Паоло звонил, – выдержав паузу, заговорила Мэй. – Он не давал указаний Ромулу убить Тень. Значит, у нас завелся «крот» и линия связи ненадежна. Помни об этом, общаясь с Марио по телефону. Для связи с офисом используй белую линию. Это понятно?
– Понятно, – словно послушный ученик, кивнул Анджело.
– Второе… – Мэй взяла со стола ручку и принялась вертеть ее в руках. – Тень надо брать немедленно. Galaxy активизировались, не исключено, что они тоже за ним охотятся, поэтому рисковать агентом мы больше не можем.
– Каким агентом? – вкрадчиво поинтересовался Адвокат.
– Тенью.
– А мной, значит, можем?
– Анджело, ты опять начинаешь? – Мэй сдвинула брови. – У него амнезия, он не знает, где чужие, где свои.
– Иногда мне кажется, если меня убьют, ты вздохнешь с облегчением, – Микеланджело жалостливо поднял брови «домиком». – Скажи, что ты будешь оплакивать меня, Мэй.
– Тень будем брать в понедельник утром. В кафе у Камилы. Твоя задача привести Марио туда. Столик у входа будет свободный.
– Нет, не будешь, – констатировал Анджело. – Я так и знал.
– Ты слушаешь меня? – Мэй старалась говорить строго, но губы ее против желания разъезжались в улыбке.
– Да, слушаю. «Мика и Миля». Столик свободный. Кто будет брать-то? – Анджело невозмутимо воззрился на начальницу. – Брейвхарт вряд ли поправится к понедельнику. Ромула и Лезвие Марио хорошо запомнил в лицо. Амнезия, знаешь ли, не сказалась на его способностях. А в захватах я не участвую, ты помнишь?
– Алекс предложил такой план: Ромул, раз уж он у нас снайпер, выстрелит в Тень транквилизатором. Твоя задача – не попасть под выстрел.
– Что ж я, дурак совсем?
– Есть мнение, что Тень прошел переподготовку по спецпрограмме, так что его реакция и тактические приемы в разы превосходят твои.
– Извини, а что значит «есть мнение»? – Анджело подался вперед. – То есть науке это как бы не известно?
Мэй молчала, не зная, стоит ли посвящать Адвоката во внутренние разбирательства «Триэс». Конечно, если взять с Анджело слово, он будет молчать, но повышение квоты доверия даст ему поводы для нового флирта. В итоге она решила не сообщать об утечке информации.
– Паоло что-то знает, но говорить не хочет, – уклончиво ответила Мэй. – В общем, ты имеешь дело не с простым агентом. Держи это в голове, понял? На всякий случай.
– План захвата какой? Ромул выстрелит, Марио отрубится, подъедет машина, мы туда загрузим бесчувственное тело… Дальше? Закуем в наручники, наденем намордник, как на Ганнибала Лектора, и в клетке доставим его в Италию?
Мэй снисходительно смотрела на агента.
– Я просто интересуюсь. Все-таки он мой друг, – Адвокат выпрямился. – Мэй, его правда ликвидируют? Алекс под гипнозом выведает, где контейнер, и все? Леджера в расход?
– Не меняй тему разговора. Ты все уяснил насчет операции? Анджело, он ничего не должен заподозрить. Один твой неосторожный шаг – и операция сорвется.
– Ты все всегда свешиваешь на меня. Я уже привык. Не подведу, как обычно, – вздохнул Анджело. – Только умоляю: не звони мне больше в самый ответственный момент. Марио и так уж на параноика стал похож: всех подозревает, никому не доверяет. Записал себе в друзья какого-то криминального типа, заплатил ему тысячу фунтов. Я пробил по базе – Макс Хантер. Числился когда-то в банде Матрикса, но его участие в крупных кражах так и не удалось доказать. Несколько раз привлекался по мелочам – превышение скорости, нарушение правил. В общем, мелочевка, конечно, но парень с прошлым.
– Тебе обидно, что Марио ему доверяет больше, чем тебе? – Мэй загадочно улыбалась.
– Я боюсь за Марио, потому что этот Оддо ему не поможет. Только деньги выкачает.
– Хорошо, мы наведем о нем справки и прощупаем по всем каналам. Если он действительно так бесполезен, мы его устраним. Что-то еще?
– Ты хорошо сегодня выглядишь, – Анджело сверкнул глазами.
– Начало-ось, – Мэй с шумом положила ручку на стол. – Если вы закончили, агент Адвокат, вы свободны. Точные инструкции по захвату Тени вам пришлют дополнительно.
– Какая ты красивая, когда злая! – Микеланджело показал начальнице язык. – Чего я так упирался ехать в Лондон?
Мэй устало закатила глаза.
– Все, ухожу-ухожу, – Анджело с неохотой поднялся. – Может, съездим сегодня к Камиле? Соскучился я по ее блинчикам…
– Съезди, – пожала плечами Мэй.
– Но ведь ты тоже давно с ней не виделась. Заодно бы и поболтали.
– С Камилой я поболтаю без посторонних ушей. И убивать вечер на то, чтобы выслушивать твои слащавые комплименты, я не хочу.
– Я буду молчать, хочешь? – вдруг оживился Анджело. – На спор! Ни слова не произнесу.
– Тогда толку от тебя? – Мэй не выдержала и рассмеялась. – Будешь только место занимать за столиком.
– Женщины, – мотнул головой Микеланджело и медленно направился к двери. – Быть с вами невыносимо! Но и жить без вас – невозможно!
– Тебе-то особенно! – буркнула Мэй. – Все, закрой дверь с той стороны.
Анджело послушно вышел. Он был явно расстроен, но Стэйси решил этого не показывать. Он мило улыбнулся, забрал пальто, сказал девушке пару комплиментов, за которые Мэй бы его убила, и покинул приемную.

Захват

Оддо выглядел невыспавшимся. Волосы его беспорядочно торчали в разные стороны, под глазами обозначились темные круги.
– Извини, что я тебя снова дернул, просто времени терять не хочется, – Марио, совершенно бесцеремонно закинув свою сумку на заднее сиденье, уселся рядом с водителем.
– Ничего, – буркнул таксист, подавляя зевок. – Мне только интересно, ты сам-то спал? Выглядишь, наверное, еще хуже меня. Хоть бы побрился.
Марио провел рукой по подбородку. Да, щетина отросла приличная. Как-то в свете последних событий вопросы гигиены отошли на второй план.
– Да, я побреюсь… вечером, – смущенно сообщил он. – Просто… так хочется со всем быстрее разобраться…
– Понимаю, – кивнул Оддо. – Куда едем?
– Макс, какие в Лондоне есть банки на букву Д?
– Хм… – таксист потер кончик носа. – Хороший вопрос… Давай в справочнике посмотрим!
Машина проехала несколько кварталов и остановилась у книжного магазина.
– Иди купи телефонный справочник, и мы найдем все банки, какие тебе только понадобятся, – Оддо кивнул на двери магазина.
Марио с неохотой вышел, а через десять минут вернулся с небольшой книжицей, которую читал на ходу.
– Гид для гостей Лондона, – прочел на обложке Оддо и сунулся в книгу.
Марио открыл главу, в которой давалась рекламная информация о пунктах обмена валюты, банкоматах и собственно банках. Он задумчиво перелистывал страницу за страницей, покусывал губы, видимо, о чем-то размышляя или пытаясь вспомнить что-то очень важное. Оддо терпеливо ждал, боясь сбить Леджера с мысли.
– У тебя есть, где записать? – вдруг спросил Марио.
Макс порылся в бардачке, нашел какой-то потрепанный блокнот и вооружился ручкой.
– «Дания Интернешнл Банк», – начал диктовать пассажир. – Стейтон-стрит, 25. Дублинский промышленный банк…
Оддо писал названия в столбик, напротив каждого указывал адрес. Когда Марио закончил читать, в списке значилось одиннадцать учреждений.
– Ты все адреса знаешь? – поинтересовался Марио, убирая гид. – Составь план, как нам объехать эти банки.
– Грабить будем? – поиграл бровями Оддо, но, поймав усталый взгляд пассажира, умерил пыл: – Шучу. Ты хочешь объехать их сегодня? Но ведь в воскресенье они вряд ли работают.
– Мне надо вспомнить один, где у меня что-то лежит.
– Деньги?
– Не знаю! Я сегодня случайно увидел одно здание. Я точно знаю, что оно имеет ко мне какое-то отношение, только вспомнить не могу.
– Слушай, извини, если что… – Оддо откинулся на спинку сиденья, – но я тебе сейчас завидую. Ничего не помнишь: ни хорошего, ни дерьма тем более. Жизнь – сплошное приключение, тайны, загадки… Каждую секунду – что-то новое, открытия. Едешь в банк забрать что-то – сам не знаешь что! Класс!
Марио выслушал его с каменным выражением лица, помолчал с полминуты и произнес:
– Составь маршрут, как нам побыстрее объехать все эти адреса.
Оддо взглянул на блокнот, задумался, почесывая концом ручки голову, потом принялся расставлять порядковые номера напротив названий банков. Когда работа была закончена, он вырвал листок из блокнота, прикрепил его в специальный держатель на передней панели и завел мотор. Марио сверялся с листком, чтобы знать, к какому банку они сейчас подъезжают, внимательно осматривал улицу, пытаясь найти хоть какую-то зацепку с прошлым, и если не находил ничего, командовал ехать дальше.
Когда они проезжали мимо Южного отделения Дойч Банка, в голове у Марио мелькнуло воспоминание – всего лишь небольшой фрагмент. Он увидел это здание как бы в боковое зеркальце машины. Как будто он уже делал так – стоял припаркованным к обочине и смотрел в зеркальце.
– Проедь чуть дальше и остановись вон там, – попросил он Оддо.
Когда такси остановилось, Марио подозрительно оглядел улицу. Вроде все как обычно, ничего подозрительного, но тревога внутри росла. Или это было волнение, потому что Дойч Банк казался тем мостиком, что мог соединить прошлое и настоящее, дать ответ хоть не на все, но на некоторые вопросы.
– Жди меня тут, ладно? – почему-то шепотом сказал он таксисту. – Из машины не выходи, ни с кем не разговаривай.
Оддо послушно кивнул. Марио коротко выдохнул и вышел из такси. Он, стараясь вести себя непринужденно, быстро окинул взглядом противоположную сторону улицы, прохожих, машины, вывески. Что-то во всем этом было знакомое, как при дежавю. Марио, сунув руки в карманы куртки, пошел по направлению к банку. Дойдя до широкого каменного крыльца, ведущего к входу в банк, Леджер сбавил ход, но не остановился. Он смотрел на массивные двери, на три колонны при входе, на банкомат, примостившийся в углу крыльца, и сердце тревожно стучало. Что-то было знакомое во всем этом и одновременно такое чужое, обыденное. Зато Марио теперь был уверен: Дойч Банк – то, что ему нужно. Именно здесь находилось нечто, обозначенное на дверце шкафчика как «329-00-12-43 каменторт». Выяснить бы еще, что такое «каменторт»…
– Марио! – раздался чей-то выкрик.
Леджер вздрогнул и невольно повернулся на звук. Из припаркованного у обочины «бентли» выскочил Дэвид.
– Мар! – еще раз позвал актер, словно боялся, что его тренер сиганет прочь. Хотя такое желание и возникло у Леджера, он, нецензурно выругавшись, остался стоять. Несмотря на то, что «бентли» находился метрах в тридцати от Марио, Дэвид пересек это расстояние за считанные секунды:
– Мар, ну чего не звонишь? Я жду, жду. У меня съемки. Это, в конце концов, не честно! Ты обещал, что поможешь мне.
– Дэвид, прости, если я тебя подвел, но сейчас я не могу тебя тренировать, – поморщился Марио. – У меня очень большие проблемы, и мне надо их срочно решить. Вопрос жизни и смерти.
– Я заплачу. Ты только скажи сколько, – понизив голос, ответил Дэвид.
– Дэвид, пойми, не в деньгах дело. Я же тебе говорю, у ме…
Резкая боль неожиданно пронзила его спину от шеи до копчика. От нее даже потемнело в глазах и подкосились ноги. Марио качнулся вперед. Дэвид машинально вытянул руки, принимая тренера в свои объятия. Тот хотел подняться, но кто-то крепко схватил его за волосы на затылке, а к лицу приложил тряпку, смоченную в едко пахнущем растворе. Марио понял, что на него напали, понял, что это за раствор, и дернулся, чтобы избежать захвата. Однако рука держала так крепко, что невозможно было пошевелиться, а пары раствора уже попали в легкие. Голова закружилась. Последнее, что Марио увидел, – растерянно улыбающегося Дэвида.

Вдогонку

Оддо включил радио. В его душе сейчас творилось нечто такое, что в бытовой жизни можно было бы назвать капитальным ремонтом. Весь привычный уклад был сломан, многое важное – упаковано в коробки и убрано подальше. Пыль, сломанные стены, ободранные обои и – предвкушение чего-то нового, лучшего, интересного. Встречу с Марио Оддо рассматривал как знак судьбы. Он смотрел на этого парня и отчего-то верил, что жизнь его изменится. В лучшую или худшую сторону – Макс Хантер не хотел думать об этом. Изменится – и точка!
Так уж происходило в жизни Оддо, что его судьбу всегда решали другие люди, а не он. Сначала мама буквально заставила его дружить с соседским мальчиком, потому что тот был спокойным ребенком и держался подальше от уличных хулиганов. Макс воспринял эту дружбу как повинность за тяжелые грехи, которые грядут в его жизни. Он успокаивал себя, что сейчас отбудет наказание перед богом за все, а потом со спокойной душой начнет это ВСЕ наверстывать. Отец соседского мальчика работал автомехаником. Он-то и привил Максу любовь к автомобилям.
Дальше судьбой юного Хантера распорядился отец, запретив сыну посещать детскую школу при автодроме. Случилось это после того, как одного мальчика из этой школы (надо сказать, его никто из детей особо не любил и все даже втайне радовались, когда с ним такое случилось) переехало машиной. Переехало – сказано, конечно, сильно, и в глубине души Макс хотел, чтобы этой вонючке досталось посильнее, а не просто колесом по ноге прошлось. Однако после этого случая отец запретил Максу посещать автошколу, опасаясь, что с его сыном случится нечто подобное.
Так Оддо остался без компании и очень быстро нашел применение своему таланту – в банде местного хулигана, ставшего теперь известным криминальным авторитетом. Но после смерти сестры Макс вынужден был заботиться о племяннике, который теперь невольно руководил его жизнью.
Вот и Марио Леджер взял на себя функцию командира, но впервые в жизни Оддо был рад, что его временем распоряжается такой человек, потому что ему самому это нравилось. Дружба с Марио сулила приключения, погони, авантюры, которых так не хватало Максу в последнее время.
Оддо откинулся на спинку сидения и прикрыл глаза, наслаждаясь музыкой. Заиграла его любимая песня. «Хороший знак», – подумал таксист и вполголоса начал подпевать. Он ощущал себя абсолютно счастливым человеком.
Песня кончилась, заиграла какая-то лабуда. Оддо недовольно открыл глаза и потянулся, чтобы выключить радио. Машинально глянув в боковое зеркальце, он чуть не подскочил на месте: какие-то типы напали на Марио. Один подхватил Леджера под руки, а второй зажал ему рот. Марио безвольно осел на колени, видимо, его оглушили.
Первой реакцией Оддо было желание броситься на помощь другу, но он заставил себя остаться в салоне и подождать продолжения – криминальное прошлое научило его действовать осмотрительно. В ту же минуту к обочине подъехал серый фургон, из него чуть ли не на ходу выскочили двое, схватили бесчувственное тело и погрузили внутрь. Нападавшие, один из которых как две капли воды походил на известного актера Дэвида Бэкхема, вскочили туда следом. Фургон набрал скорость, и, когда проезжал мимо такси, Оддо на всякий случай отвернулся, чтобы водитель не видел его лица. Когда машина отъехала метров на десять, Макс завел двигатель и последовал за ней.
Держась на приличном расстоянии, он тем не менее не терял фургон из вида. Вычисляя путь следования похитителей, он сворачивал на боковые улицы, чтобы его такси не примелькалось и чтобы бандиты не заметили слежки. Машина ехала к рабочему району, который в народе назывался Баки. В нем находилась старая ткацкая фабрика, которая во время войны была почти разрушена. Но в послевоенное время фабрика начала снова функционировать, отстраиваясь по ходу. Долгое время у нее не было хорошего складского помещения, поэтому сырье стояло прямо на улице в огромных баках, огороженных рубероидом. Макс хорошо знал этот район, потому что именно там и прошло его криминальное детство. Поскольку он хорошо ориентировался в улицах Баков, Оддо оставил преследователей и поехал в объезд. Он знал, что улица выведет фургон непосредственно к фабрике, поэтому пути их пересекутся возле нее. Так, в общем-то и случилось. Такси въехало на территорию мануфактуры, пересекло большой заводской двор и юркнуло в небольшой проход, образованный стеной здания и железными коробками складских помещений, выстроенных буквой Г. Поскольку фабрика была практически остановлена и местные власти вели разговоры о ее сносе, то народу на производственной территории не было. Макс не стал выезжать из закутка, образованного складами, заглушил мотор и покинул машину. Только он отошел от нее метров на пять, как по улице, идущей вдоль тыловой стены фабрики проехал фургон. Оддо присел, чтобы не быть замеченным, хотя вряд ли похитители ожидали слежки в таком районе. Улица, по которой они ехали, вела в тупик. Таксист, пригибаясь и прячась за огромными деревянными бобинами, выбрался из своего укрытия и проследил за фургоном. Тот, как предполагалось, доехал до тупика и свернул налево – к единственному на этой улице жилому пятиэтажному дому.
Оддо улыбнулся. Он хорошо знал этот дом. В нем когда-то жил предводитель чешской банды Ян Коллер по кличке Стам, который сейчас перебрался на материк и промышлял на своей исторической родине. Со Стамом у Макса в юности складывались особые отношения, завязанные на девушке. Она долго не могла выбрать, с кем бы ей хотелось остаться – с брутальным чехом или с симпатичным англичанином, – поэтому мальчикам приходилось довольно часто выяснять отношения по-мужски. Поскольку Стам был на голову выше англичанина и на пару лет старше, Оддо часто проигрывал битвы и позорно сбегал с поля боя. Однако девушка, проникнувшись жалостью к побитому англичанину, неоднократно бросала чеха и возвращалась к Оддо. Таким образом, уступив грубой физической силе, Макс оставался в выигрыше.
Сейчас воспоминания юности приятно закружили голову, вызывав на лице Оддо сентиментальную улыбку. Однако он одернул себя, напомнив, что оказался возле дома Стама по причине более благородной, нежели ностальгия. Синий корпус фургона отсюда просматривался плохо – мешали кусты и фонарный столб. Но Макс смог заметить, как из машины выгрузили все еще бессознательного Марио и потащили к черному входу.
Оддо вернулся в такси, сел за руль, задумался. Совершенно очевидно, что Марио самостоятельно не выберется из плена. И Макс понимал, что спасение Леджера теперь возложено на его плечи. Лихорадочно придумывая и отметая один вариант за другим, Оддо окончательно зашел в тупик. И вдруг он вспомнил о таинственной сумке, что Марио всегда носил с собой. Макс раздумывал ровно секунду, потом достал сумку и положил ее на колени. Его сердце забилось от предвкушения. Убедив себя, что делает это только ради спасения Марио, Оддо открыл рюкзак и принялся изучать его содержимое.
Первым в руки попался сотовый телефон. Был он тяжелее обычного и производил странное впечатление. Массивный корпус, сенсорная панель с кнопками, необычный дисплей, который в нерабочем состоянии походил на черное зеркало. Оддо нажал на кнопку, открывая список последних вызовов. Сегодня, вчера и позавчера в исходящих, кроме его собственного, значился лишь один номер. Макс понял, что это телефон того парня, который передал ему в кафе деньги. Может, позвонить ему? Судя по виду и дорогой машине, парень этот влиятельный. Возможно, от него будет толк. Но как быстро он раскачается? Еще, не дай бог, заподозрит таксиста в сговоре. Иметь дел с полицией Оддо не хотел, поэтому принялся дальше изучать содержимое сумки. Нашел тот бинокль, что уже видел в руках у Марио. Посмотрел в него. Тысячекратное приближение! Можно рассмотреть надпись на фантике от шоколадки, что лежал в дальнем конце двора. Дальше Оддо обнаружил набор гаджетов для телефона: почему-то один наушник на тонком витом проводе, наушник «хэнд фри», какой-то экран размером со спичечный коробок и тоже на витом проводе, странное устройство, напоминающее диктофон. Далее он вытянул из сумки контейнер с набором контактных линз. Контейнер этот крепко закрывался и сохранял герметичность содержимого как при горизонтальном, так и при вертикальном положении. Оддо осторожно открыл коробочку. В ней находилось несколько сосудов с тремя парами линз: карими, серыми и зелеными, – причем все цвета были максимально приближены к естественному цвету глаз. Присвистнув, Оддо убрал контейнер в сумку и извлек оттуда какую-то тетрадку. Полистав ее, он ничего не понял в терминах и таблицах. Макс помнил, что Марио уж сильно трясся над черным футляром, но того в сумке не оказалось. Огорчившись этому обстоятельству, Оддо еще с минуту подумал и наконец принял решение. Он проехал по двору фабрики, поставил машину так, чтобы она не бросалась в глаза, но чтобы удобно было в нее быстро сесть и рвануть с места, если вдруг будет погоня. Проверил заряд кольта и вновь воззрился на дом через монокль

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ….


Правильный ответ: фургон, в котором увезли Марио, был серым, а к концу серии стал синим.
Первой верно ответила Marryfis, которая получает 7 баллов.
Кьяра и Lurid - по 5 баллов. alex за оригинальность - 2 балла

Текущие результаты:
- Lurid - 50 баллов
- Marryfis - 38 баллов
- Dilailah - 32 балла
- Olga (Mosca) - 30 баллов
- Кьяра - 26 баллов
- alex - 23 балла
- Нээрэ - 14 баллов
- glazastik - 9 баллов
- Julia - 7 баллов
- Аня (Hellga) - 5 баллов

Назад в Офсайд

Гостевая

Сандро
Сандро
 
Rambler's Top100 Сайт об итальянском футболе Сайт болельщиков Napoli
 
Карта
rss
Карта